Давненько я не опаздывал на работу!
Стою в пробке, вытянувшейся на полквартала. Рядом — длинный,
неуклюжий автомобиль, кажется, «линкольн» последней модели. Стёкла
опущены, мрачный водитель косится на меня, будто именно мой мотоцикл
повинен в творящемся на улицах безобразии.
— Огонёк будет? — спрашивает он, наконец. Наверное, ему просто
скучно. Да и не поверю никогда, что в этом роскошном монстре вишнёвого
цвета нет прикуривателя. Там, пожалуй, и для газовой плиты с грилем
место найдётся…
Молча протягиваю зажигалку. Усыпанная перстнями рука тянется к
огоньку, раскуривается дорогая тонкая сигарета с фильтром неимоверной
длины. Что сказал бы дедушка Фрейд о тяге к большим автомобилям и
длинным сигаретам? А… ну его. Он бы у нас спятил, причём очень быстро.
— Что творится-то? — интересуется водитель.
Слишком приземистый лимузин, ему не видно. Отвечаю:
— Колонна идёт. Грузовики.
У кого-нибудь другого эти слова вызвали бы вполне заслуженную
реакцию. Гнать по центру города грузы! Да ещё по русскому кварталу, в
утренний час пик по московскому времени!
— Что ж, бывает, — легко соглашается водитель. — Надо.
Значит, предполагаемый «Линкольн» — не просто показуха. Его
владелец никуда не спешит, и пробка в пять-десять минут — не повод для
возмущения.
А мне — повод! Ещё какой!
Опоздание в пять минут могут и не заметить. Десять минут — отметка
в личное дело. Четверть часа — половина дневной зарплаты долой.
Я уже на четыре минуты опаздываю!
Полоса забита полностью, но стандартный мотоцикл — не машина,
собранная по спецзаказу. А моя тускло-стальная куртка, серые джинсы,
лицо под зеркальным шлемом… да, конечно, это не яркая, примечательная
внешность, не одежда от кутюр, но…
В непримечательности есть свои преимущества.
Газую, двигатель взрёвывает. Хозяин «Линкольна» с живейшим
интересом смотрит на меня, интересуется:
— Что, собрался…
Я не дослушиваю.
Оставляя на асфальте след горелой резины, «Хонда» несётся между
машинами.
— Давай! — кричат вслед.
Наблюдение за чужими глупостями — вечное бесплатное
удовольствие.